0

Операция «Запад»: Правда о депортации 1947 года

Поделиться в:

Идеологи нынешней Украины из кожи вон лезут доказывая, что у «страны», как у нормального европейского государства, есть таки историческая память и они не забывает своих «героев». Так, согласно принятому еще год назад закону, 2019 год был объявлен годом памяти депортированных «автохтонных» украинцев.

При поддержке «специалистов» из института национальной памяти спешным порядком были сформированы профильные комитеты для организации «памятных» мероприятий в украинских школах и вузах. Конечно же, подрастающее поколение должно знать «страшную» правду о «советском репрессивном режиме», пачками высылавшем беззащитных украинцев в Сибирь, тем самым, обрекая их на медленную смерть от голода и холода. Так называемая операция «Запад», во время которой в 1947 году были высланы военные преступники ОУН-УПА, включая членов семей, помилованные советской властью, является по мысли украинских идеологов ярким «подтверждением реализации планов уничтожения украинцев». Это с пеной у рта доказывал один из деятелей украинского национал-шовинизма Барма. «Целью депортации…было уничтожение всего украинского…» – заявил он на торжествах по случаю 72-летней годовщины депортации.

Следует отметить, что крен в политическую историю, которым поручено заниматься на нынешней Украине разным жовто-блакитным «историкам», фабрикующим «врагов нации», во многом объясняется тяжелым экономическим положением страны. Когда власть имущие не могут продемонстрировать согражданам свои хоть маломальские экономические достижения, они уводят их внимание в дебри исторической лжи. В ход идет все, от совершенно ничем не подкрепленных аргументов до штампов антироссийской пропаганды, преподносимых в качестве истины в последней инстанции. И все это псевдоисторическое манипулятивное «действо» осуществляется на фоне всячески поощряемой и внедряемой в общество нынешней киевской властью ненависти к «клятым москалям».

«Наряду с «прицельным» преследованием членов подполья ОУН и УПА, советский репрессивный аппарат использовал и другой прием— депортацию большого количества граждан без изучения деталей их биографии (принцип «пылесоса»). Обязательному выселению в отдаленные районы СССР (в основном Сибирь и Казахстан) подлежали все члены семей повстанцев и подпольщиков, а также все сочувствующие им… чтобы ослабить украинское освободительное движение. Даже после окончания наикровавейшей войны — Второй мировой — сталинские каратели продолжали терроризировать наш народ репрессиями и депортациями. Но уничтожить его вольный дух так и не смогли», – пишут национал-шовинисты, цель которых представить депортацию в виде очередной массовой «трагедии украинского народа». Прекрасный образчик манипулятивной лжи, впрочем, в одном они правы. Действительно, действенным способом борьбы с боевиками ОУН-УПА были именно депортации членов их семей. К слову, этому же виду репрессий подвергалось и население других территорий СССР в 1943-45 гг. – за сотрудничество с гитлеровцами.

Благодаря этой репрессивной мере произошла окончательная ликвидация организованного вооружённого оуновского подполья на Западной Украине. Но только к середине 1950-х годов там завершилась антисоветская партизанская война, хотя отдельные группы членов ОУН продолжили борьбу и дальше. По официальным советским данным, в боях против ОУН-УПА погибло 55 000 граждан СССР – это 30 тысяч партийных и советских активистов, а также 25 тысяч военнослужащих и сотрудников и бойцов репрессивно-карательных органов. Поэтому депортация была необходимой мерой, ускорившей долгожданный мир на Западной Украине.

Согласно официальным отчетам МГБ было выселено 26644 семьи военных преступников ОУН-УПА и лиц, принимавших участие в геноциде польского, русского, еврейского населения Западной Украины до, во время и после гитлеровской оккупации. Также депортировали многочисленный уголовный элемент, о чем умалчивают украинские «историки», в «трудах» которых фигурирует цифра около 150 тыс. вывезенных человек.

В настоящее время, многие, услышав слово «депортация», кивают головами: «А как же, слышали: Сталин, крымские татары, народы Кавказа, поволжские немцы, корейцы Дальнего Востока…». В таком случае хочется в качестве исторической справки напомнить о так называемых европейских депортациях немцев из стран Восточной Европы, проведенных сразу же по окончанию Второй мировой войны. Хотя это были самые массовые депортации XX века, по понятным причинам в Европе об этом не принято говорить. Как известно, самые крупные немецкие диаспоры были в Польше, Чехословакии и Венгрии. Более того, при гитлеровцах в этих странах быть немцем было очень выгодно и все, кто имели на это основания, меняли свою фамилию на немецкую, указывали в анкетах родным языком немецкий. После войны правительства освобожденных от гитлеризма стран обоснованно видели в немецком населении угрозу будущей стабильности своим государствам. Решением проблемы в их понимании было изгнание из страны этих «чужеродных элементов». Однако для массовой депортации (явления, осужденного на Нюрнбергском процессе) требовалось одобрение великих держав. И такое было получено.

Только к декабрю 1950 года из Чехословакии были депортированы от 2,5 до 3 миллионов человек. В Венгрии было изгнано по разным оценкам, от 500 до 600 тыс. немцев. Все эти люди попали под принятый в декабре 1945 года указ «о депортации изменников народа». Их имущество полностью конфисковывалось. Изгоняли этнических немцев и из Югославии и Румынии. После подписания в 1946 году декрета об «отделении лиц немецкой национальности от польского народа», в Польше немецкое население также постепенно замещалось польским. В одном только городе Штеттин к концу 1946 года было депортировано 65 тысяч немцев.

Таким образом, возвращаясь к советской депортации 1947 года, репрессивные действия СССР в отношении нелояльного населения были обычной мировой практикой. Следует отметить, что первые депортационные акции на Западной Украине были напрямую связаны с полученной органами НКВД – НКГБ информацией о подготовке сотрудничавшей с нацистскими спецслужбами ОУН вооруженного восстания.

Весной 1941 года советские органы внутренних дел получали сигналы о постоянно увеличивающейся активности национал-шовинистов. Они справедливо полагали, что в случае войны оуновцы выступят на стороне гитлеровской Германии. В начале апреля было установлено, что ОУН готовилась к вооруженному восстанию, приуроченному к вторжению Германии. НКВД регистрировал «значительный рост убийств и бандпроявлений со стороны украинских националистов» – 47 нападений в апреле и 58 – в мае 1941 года, в результате которых 98 человек, в основном – местных активистов, было убито и 46 ранено. С 1 января по 15 июня 1941 года советскими силовыми органами в Западной Украине было уничтожено 38 националистических повстанческих групп, а также 25 уголовных банд, общей численностью 273 человека. К 15 июня они занимались ликвидацией еще 51 отряда ОУН, общей численностью 274 человека.

22 мая 1941 НКВД выселил 11 329 человек из Западной Украины. 13 июня им было арестовано 5 479 человек в Молдавии и в Черновицкой и Измаильской областях УССР. На Западной Украине, во время спецоперации, некоторые из оуновских нелегалов явились с повинной, чтобы спасти от ссылки свои семьи. В ответ органы госбезопасности освободили сельских бедняков и тех членов ОУН, которые не были уличены в террористических актах. Однако очень быстро стало понятно, что это не поможет уничтожению подполья ОУН. 21 июня Меркулов, народный комиссар государственной безопасности, подписал приказ на проведение еще одной депортации членов ОУН и их семей. Вторжение немецких войск помешало этим планам.

Таким образом, действия НКВД и НКГБ перед войной имели ответные и превентивные цели – обезопасить приграничные районы страны от бандитских и откровенно враждебных элементов.

Следует отметить также один немаловажный факт – если за сотрудничество с советскими властями оуновцы убивали не только «зрадников», но и членов их семей, то советские силовые органы наносили точечные удары по врагам государства: ликвидации подлежали только военные преступники, а членов их семей отправляли в ссылку, и то не всегда. Кроме того, за явку с повинной следовала амнистия.

Как известно, после оккупации фашистской Германией значительной части европейской территории, оуновцы проявили себя не только прекрасными исполнителями грязной работы на службе у гитлеровцев по уничтожению людей, но и самостоятельными организаторами геноцида, тем самым, поставив себя вне закона.

Оставленная германскими нацистами материальная база и западная помощь после войны позволяли бандеровцам некоторое вести войну против СССР, но только участие местного населения могло сделать эту войну затяжной. И боевики ОУН-УПА в полной мере задействовала фактор «народной войны», посчитав всё украинское население, особенно западных областей, своим резервом и помощниками. Их главари полностью проигнорировали нежелание основной массы населения Западной Украины воевать против советской власти, из-за чего в практику вошли насильственная мобилизация в «повстанческую армию», «крещение» кровью и круговая порука.

Советское правительство справедливо полагало, что «семьи бандитов представляли собой серьезную укрывательско-пособническую базу для буржуазно-националистических банд», ядро их гражданской инфраструктуры. Перемещение этих сочувствующих с постоянного места жительства разрушало эту инфраструктуру без применения мер крайней жестокости, отделяли рядовых мятежников от убежденных противников, принуждали рядовых боевиков принять амнистию.

10 января 1945 года была выпущена директива «Об усилении борьбы с украинско-немецкими националистами», в которой предлагалась стратегия, которая, в скором времени, оправдала себя. Органы госбезопасности должны были: «провести в сельских местностях западных областей УССР учет жителей в возрасте от 15 лет и выше. При проведении учета населения точно установить, где находится тот или иной гражданин или гражданка. Родственников тех лиц, точное местонахождение которых не будет установлено, предупредить под расписку, что если эти лица не явятся в органы советской власти, то они будут считаться участниками банд и к их родственникам будут применены репрессии, вплоть до ареста и выселения».

«Не пропускать ни одного случая бандпроявлений без ответных мер, усилить высылку семей бандитов и кулаков, оказывающих какую бы то ни было помощь бандитам», – было записано в документе. Эта директива привела к регулярным выселениям семей боевиков. Идентифицировав семьи оуновских боевиков, власти выслали только некоторые из них и угрожали депортировать остальных в ответ на нападения оуновских боевиков. Предполагалось, что данная форс-мажорная мера выведет людей из лесов и схронов. В конце 1940-х годов в ссылку отправлялись сразу несколько семей оуновцев в ответ на каждое нападение боевиков. Если боевики убивали представителя власти, вроде секретаря райкома, в ссылку шли все их семьи, проживавшие в данном районе.

Истории известны также многочисленные факты, когда власти не трогали членов семей боевиков. Были нередки случаи, когда из одной семьи старшие братья сидели в схроне, «мобилизованные» Шухевичем в 1943 – 44 годах, тогда как младшие воевали в Красной Армии. Угроза ссылки и ее умеренное, но незамедлительное применение в связке с амнистиями тех, кто являлся с повинной, были эффективным методом усмирения. Это заставило разоружиться и вернуться к мирной жизни многих «воякив», кто не хотел воевать: крестьян, мобилизованных оуновцами, или присоединившимися к ним дезертиров из Красной Армии. Фактически, этот метод спас тысячи западно-украинских селян от неминуемой гибели.

Следует отметить также о таком явлении, как сознательный уход мужского населения в ряды УПА с целью уклонения от службы в Красной Армии, а затем добровольную сдачу властям и даже отправление в безопасную ссылку. Эи люди также пополняли ряды депортируемых.

Таким образом, высылка семей боевиков и подозреваемых пособников заставляли гражданское население, сочувствующее национал-шовинистам, задуматься, прежде чем помогать мятежникам. После того, как власти вывезли из Западной Украины 14 535 подозреваемых пособников повстанцев с июля до октября 1947 года, было замечено, что «отношение местного населения к бандитам изменилось; они начали отказываться снабжать бандитов и укрывать их».

После депортации расселение членов семей оуновцев (примерно 175 тысяч человек за всю войну с бандеровцами) шло от Омска до Красноярска с заездами на Алтай, южный Казахстан и Киргизию. Во всех случаях ссыльных снабжали продовольствием и денежным пособием на дорогу, а на месте людей селили в жилища. За колючую проволоку, как канадских и американских японцев, западенцев никто не селил и в правах не поражал. Их дети могли свободно учиться в школах и университетах, идти служить в армию, занимать начальственные должности в государственных и хозяйственных учреждениях, и по достижению совершеннолетия покидать место поселения.

Целью депортации было обезвредить оуновцев, тех, кто продемонстрировал враждебность по отношению к советской власти во время немецкой оккупации, и «пятую колонну» предполагаемого противника, расселить их подальше друг от друга на бескрайних просторах Советского Союза в надежде, что мир и время всё перетрут и излечат. Насколько было это оправдано показывает день нынешний, когда их идейные потомки обстреливают гражданскую инфраструктуру Донбасса и похищают несогласных по всей Украине.

Наталья Залевская специально для ИА «Новороссия»

Поделиться в:

Читайте также: Новости ДНР

admin

Добавить комментарий