Поле битвы — Арктика: почему Заполярье может стать одной из конфликтных зон (ФОТО)



Арктический регион всё чаще рассматривается военными России и НАТО как потенциальный театр военных действий. Обе стороны повышают военную активность в регионе, совершенствуя инфраструктуру и наращивая свое военное присутствие, а учения, моделирующие столкновения вооруженных сил развитых государств в Заполярье, проводятся всё чаще.

Инфраструктурный конфликт

Применительно к возможности поддержания человеческой жизнедеятельности высокие арктические широты вполне можно сравнить с иными планетами. Практически всё необходимое (кроме воды и воздуха) приходится доставлять с Большой земли. Человека без защитного снаряжения ждет неминуемая смерть — зимой через считаные минуты, летом через часы. Для простейшего (не говоря уже о комфортном) обитания требуются специальные дорогостоящие постройки и т. д.

Менее благоприятным в климатическом плане и более удаленным регионом на Земле является, пожалуй, только Антарктида, «инопланетность» которой выражена еще ярче, но южные полярные широты, к счастью, пока всё же остаются нейтральными.

Географические особенности Арктики определяют и особенности военного противостояния. Боеспособность армий в принципе очень сильно зависит от инфраструктуры, но в Арктике эта зависимость близка к абсолютной.

Вне стационарных объектов способны действовать только летательные аппараты — в воздухе, корабли повышенного ледового класса и подлодки — в море и крайне малочисленные мобильные группы на специальной технике — на суше.


Противолодочный вертолет К-27 во время похода в арктические моря, Арктика
Фото: ТАСС/Сергей Федюнин

Объекты инфраструктуры в этих условиях приобретают решающее значение. Россия постепенно восстанавливает свое военное присутствие в регионе, возрождая и расширяя имеющиеся и строя ряд новых объектов — от Земли Франца-Иосифа до Чукотки. Фактически, создаваемая сеть баз, включая аэродромы, обеспечивает России возможность контроля на всей протяженности Северного морского пути, являющегося ключевой транспортной артерией региона.

Тем более важной, что смягчение климата в Заполярье делает СМП всё более привлекательным для транзита из Европы в Азию и обратно. Не менее важны и перспективы эксплуатации местных ресурсов — как в виде полезных ископаемых, так и биоресурсов моря.

В настоящее время можно констатировать, что более обширная сеть баз, крупнейший ледокольный флот и выделенная на правах самостоятельного Объединенного стратегического командования группировка войск обеспечивают России определенное преимущество. Однако активность НАТО в регионе представляет собой серьезную угрозу.

Повышение конфликтоспособности

Так, альянс регулярно проводит учения, предусматривающие операции в тяжелых полярных условиях, включая действия в районе многолетних льдов. В проводимых раз в два года маневрах ICEX традиционно участвуют британские и американские АПЛ.

Так, в 2018 году в учениях были задействованы две субмарины ВМС США — SSN-768 «Хартфорд» (тип «Усовершенствованный «Лос-Анджелес») и SSN-22 «Коннектикут» (тип «Сивулф») — и британская подлодка S91 «Тренчент» (тип «Трафальгар»).

Лодки отрабатывают поиск удобных мест для всплытия, собственно, всплытие через лед, надводную и подводную навигацию в высоких широтах, уклонение от айсбергов, пользование радиосвязью в заполярных условиях, а также поиск подводных лодок и подледные торпедные стрельбы. На поверхности льда разбивается временный лагерь, персонал которого занимается обслуживанием подлодок и их вооружения.


Крупномасштабные военные учения НАТО Trident Juncture 2018, Норвегия
Фото: TASS/Zuma/Lance Cpl. Cody Ohira

Эти учения являются предметом серьезной озабоченности со стороны России, учитывая традиционное использование покрытых льдом вод Северного Ледовитого океана в качестве позиционных районов для ракетных подводных крейсеров стратегического назначения Северного флота. Обнаружение субмарин подо льдом крайне затруднено, и любой прогресс в этом направлении может серьезно изменить баланс сил в перспективе.

Не меньшее беспокойство вызывают и крупные военные маневры в южных арктических районах, например прошедшие в Норвежском и прилегающих морях учения Trident Juncture 2018, ставшие крупнейшими учениями НАТО с 1991 года.

К этому стоит добавить также активность ВВС США, с недавних пор периодически направляющих свои бомбардировщики B-52 к границам российского воздушного пространства, особенно с учетом их возможного применения для блокирования военно-морских баз с использованием управляемых морских мин Quickstrike-ER.

Учения в Арктике регулярно проводят и Вооруженные силы России. Однако стоит понимать, что подобная обоюдная военная активность в условиях крайне серьезного ухудшения политических отношений говорит скорее о росте вероятности военного конфликта, чем о повышении обороноспособности.


Во время испытаний новых и перспективных образцов вооружения, военной и специальной техники в условиях Арктики
Фото: РИА Новости/Министерство обороны РФ

Следует отметить при этом, что наращивание военного потенциала в Арктике с обеих сторон, в принципе, не ограничено в настоящее время какими-либо соглашениями и лимитируется лишь экономическими возможностями.

Впрочем, сравнивать впрямую ВВП России и стран НАТО для оценки потенциалов в этой гонке тоже не имеет смысла — номинальные объемы ВВП в данном случае крайне опосредованно выражают способности сторон к развитию инфраструктуры в регионе, в гораздо большей степени определяемые уже имеющейся базой, географическими, климатическими и иными параметрами, вплоть до социокультурных особенностей.

Остается лишь надеяться, что России и НАТО не придется сравнивать арктические потенциалы друг друга в прямом военном столкновении.

Читайте также: Почему Россия официально пригрозила войной Украине и НАТО

Илья Крамник

#новостиновороссии
Читайте также: Новости ДНР.

admin

Добавить комментарий